Жизнь сообща
Осиное гнездо лучше не трогать— осы зажалят. Мимо пчелиного улья идешь, того и гляди, с пчелой познакомишься, да хорошо, если с одной!
Муравейник не так опасен: рабочие муравьи не летают. Ну, а уселся рядом, так себя вини: смотри, где садишься.
И осы, и пчелы, и муравы-r яростно нападают на врагов. Что стоит укус одного муравья? А вот когда куснет десяток, другой...
Защита гнезда — важное дело. Но живут большим роем осы и пчелы, муравьи и шмели не потому, что так легче отбиться от врага. Вон на муравьиную кучу привела свой выводок тетерка. Разгребла кучу, и в глубине, среди мусора и хвоинок, завиднелись желтоватые муравьиные коконы — муравьиные яйца, как их обычно называют. Муравьи ползают, кусают, брызгают муравьиной кислотой, а тетеревята клюют и клюют вкусную еду. Живи муравей в одиночку, разве пришла бы к его гнезду тетерка! А тут даже медведь не отказывается. Разгребет кучу, запустит в нее лапу и слижет муравьев, которые на нее наползут. Снова запустит и опять слижет. Они вкусные, муравьи, кисленькие-Шмелиные земляные гнезда раскапывают барсуки, лисицы и другие звери и зверьки. В гнезде и личинки с куколками — мясная еда, и немножко меда — на сладкое. И опять: кто бы стал возиться с норкой шмеля-одиночки?
Живя в куче, защищаться легче, но и врагов больше: как раз куча-то их и привлекает.
Роем живут осы и шмели, пчелы и муравьи не потому, что так легче обороняться. Они всем роем строят гнездо, всем роем ухаживают за своим потомством—- личинками.
«Дети», уход за ними — вот что собрало в кучу злых ос, пронырливых муравьев, добродушных шмелей и работяг пчел.
Хорошо гусенице бабочки! Ее дом — тот самый лист, который она грызет. Здесь у матери одна забота— отложить яйца на то растение, которым кормится гусеница. Больше у нее никаких хлопот с детьми нет.
У пчел и ос другие повадки. Их личинки сами еды не промыслят, под открытым небом жить не могут: днем жарко, ночью прохладно. Они безногие, слепые, их бесцветная кожица нежная. Где тут матери управиться: и яйца откладывай, и жилье строй, и за едой летай, и личинок корми. И десятка детей не вырастишь. А вот в рое, в большом общем гнезде, там по-другому. Там есть матка, и ее дело — откладывать яйца. Там много рабочих, и они строят, чинят и чистят жилье, добывают пищу, кормят детей-личинок, ухаживают за ними. В пчелином улье бывает до 70 тысяч рабочих пчел,— здесь найдется кому ухаживать за личинками.
Работают только самки: матки и рабочие. Самцы — у пчел их называют трутнями — ничего в гнезде не делают. Каждая пчела-работница, каждый рабочий шмель умеет делать все. Глядя на них, не скажешь, кто няня, кто строитель, а кто вояка. У муравьев по-другому: у многих есть рабочие, есть и солдаты. У солдат большая голова и сильные
челюсти: они очень кусачие, такие муравьи.
У муравьев-амазонок все рабочие большеголовые и с огромными челюстями, все — солдаты. Они больно кусают, но... их челюсти такие длинные, что ими нельзя есть: пища оказывается впереди рта. Такой муравей умрет с голоду, если его не накормит другой. А какой
другой? Не амазонка, понятно. Они все такие, сами есть не умеют. Амазонки— разбойники. Они нападают на муравейники черных муравьев и грабят их: утаскивают куколки. В гнезде амазонок из них выходят черные муравьи. Они вывелись здесь, и для них гнездо амазонок — родной дом. Черные муравьи и работают, как у себя дома: строят,чинят, ухаживают за личинками, кормят амазонок...